Шалом, уважаемый аноним!

Война - не война, а военная напряженность там была. Её упоминает и Йонатан бен Узиэль в своем переводе, и мидраш Берешит Раба. Дело в том, что после небезызвесных шхемских событий международная обстановка на Ближнем Востоке обострилась: одни требовали передать Шимона и Леви суду за военные преступления, другие (а может и те же, обычно так и бывает) - передачи Шхема под их ("международную" юрисдикцию). Праотец наш Яаков, разумеется, отреагировал на все эти дипломатические маневры объявлением военного положения и недвусмысленно дал понять, что международное сообщество ещё не видело военных преступлений, но можно, если нужно, и показать. Это во-первых. А во-вторых, что касается Шхема, то Яаков вступает во владение этим кусочком обетованной Авраѓаму земли, на правах единственного наследника. А если кому то это не нравится, так вступит во владение и тем кусочком, на котором сейчас хозяйничает недовольный.

Это, как и следовало ожидать, подействовало. Т.о. Яаков отслоял Шхем, вяв в руки лук и меч, но не пуская их в ход.

Всех благ и доброй субботы

Ш.-А.А.